— Не узнаешь? Это — африканская гиена, пожирательница трупов и осквернительница могил.

— Очень приятно! Попробуем подстрелить и гиену.

— Не трать выстрелов понапрасну, береги их для львов.

— Хватит и для них! Вот один, кажется, хочет прыгнуть сюда. Стреляй, Карминильо!

Лев, сделавший гигантский прыжок, получив пулю между глаз, свалился, как пораженный молнией.

— Ага! Нет, ей-Богу, это становится достаточно интересным, — заметил Педро. — Юриспруденция юриспруденцией, но я начинаю находить, что есть еще кое-что интересное и помимо римского права.

— Замолчи! Что такое? — прошептал Карминильо, поднимая голову и раздувая ноздри. — Ты ничего не чувствуешь?

— Пахнет дымом, — ответил равнодушно Педро, — и ничего больше. Отчего ты беспокоишься?

— О Мадонна! Думаешь ли ты о том, что говоришь? — нетерпеливо вымолвил Карминильо. — Пахнет дымом? Да! Но учитываешь ли ты, чем это пахнет для нас? Ведь пол пещеры на добрый метр завален высохшими до последней степени водорослями. Если они загорятся…

— Ты все видишь в черном свете, дружище! Ну, прогорит трава, и только. Дым еще разгонит львов и гиен. Видишь? Они улепетывают! Это нам на руку!

— Не зли меня, Педро! Опять ты забываешь, что мы не в открытом поле, а в яме. Дым задушит нас, а деваться нам некуда. Разве только на берег? Но там нам не справиться с хищниками!

Пещера довольно быстро наполнялась едким голубоватым дымом. Дышать становилось все труднее и труднее. В глубине пещеры, там, куда ушли полчаса назад Заморра и Янко, показался красный огонек, словно струйками сбегавший по стенам и разливавшийся по полу. Это загоралась морская трава, словно ковром устилавшая пол пещеры.

Карминильо озабоченно оглядел все вокруг. Его чело омрачилось.

— Надо спасаться! — сказал он. — Бери ружье, бежим! Через каких-нибудь десять минут огонь подберется к ящикам с порохом.